Дата публикации: 05.11.2020
Рубрика: Письма
Добавить к себе в заметки

В ПРЕДЕЛАХ ЕСТЕСТВЕННОЙ ПОТРЕБНОСТИ

Автор: Александр Ралот, Краснодар, краснодарский прозаик, публицист и краевед.

Август 1993 года. Суверенная республика Узбекистан. Ташкент 

Скажите честно — вы миллионерами бывали? Или хотя бы чувствовали себя состоятельными людьми, способными купить если не всё, то многое?

  Я — был! Недолго, но всё-таки! Приятно приехать на базар, посмотреть на торговцев и понять, что если не весь базар, то весомую часть реализуемых товаров ты купить в состоянии. 

*** 

Судьбе было угодно, чтобы в далёком 1991 году, я отбыл, для проведения реконструкции мелькомбината на самый большой остров Советского Союза, то бишь на Сахалин. Квартиру в Ташкенте, (не стоять же ей пустой, целых пять лет) тайком (мало ли, местком или не дай бог партком, прознают) сдал квартирантам.

***

Тружусь на самом дальнем Востоке, а в Советском Союзе ужас что творится. Республики в одночасье стали суверенными государствами, а их первые секретари — президентами! Газеты нам, островитянам, поступали с регулярностью, не чаще раза в месяц и то ежели повезёт! Телевизор новости только из Москвы транслировало, непонятные, тревожные. Одна «Павловская денежная реформа» * чего стоила! И ваш покорный слуга не выдержал. Подписал заявление на отпуск, аж за два года, да и махнул за тридевять земель, в Среднюю Азию, пока там ещё не додумались визовый режим ввести.

***

Квартирантов я не обнаружил. Но соседка по лестничной клетке, бабка Спиридоновна, успокоила. — Убыли, соколики. В Азию, но не среднюю, как наша, а в ближнюю. То ли Бейрутом зовётся, то ли Дамаском. Держи ентон мешок с деньжищами и делай с ним что хошь. Велели передать, оброк за два года. Я тут позаимствовала маленько, потому как до пенсии не хватало. Регулярно. В следующем году отдам — вот те, крест, или по-здешнему, Аллах свидетель.

***

Спустя пол часа на моих глазах появились скупые мужские слёзы. Содержимое вожделенного мешка составляли разноцветные бумажки номиналом двадцать пять, пятьдесят и сто рублей. С барельефами горячо любимого Ильича. В Ташкенте этим добром расплачиваться можно, а в Российской Федерации уже нет. Но там, за пустыней, по настоятельной просьбе трудящихся, президент оставил в обращении купюры — рубль, три, пять и десять. Не надолго. Пока Гознак монеты с двухглавым орлом в нужном количестве не наштампует. — Менять! — Пронеслось в голове. — У соседей? Бесполезно. Такую сумму всем домом не осилят. В банках, сберкассах — паспорт потребуют, а он у меня уже — Российский. Остаётся одно. — Брать, брать и ещё раз брать! Как завещал тот, что на деньгах нарисован.

*** 

Азиз автобус хақ нархи қанча? (Узб.) Уважаемый сколько стоит проезд в автобусе — интересуюсь я. — Для тэбя дарогой всего шесть рубел! Протягиваю четвертак и получаю заветные шесть мятых зелёных трёшек и рубль. Выхожу на остановке. Поджидаю следующий автобус. До знаменитого «Алайского» остановок двадцать. Значит двадцать фиолетовых бумажек я разменяю на те, которые ещё имеют хождение в великой и могучей России.

*** 

Знаете что самое дорогое на базаре? Нет, не баранина с курдючным салом. Хотя и этот деликатес стоит не дёшево. Тающая во рту малина и яблоки из соседнего и такого же суверенного Казахстана. Их продают на стаканчики и кучки. — Малинанинг нархи қанча(Узб.) Сколько стоит малина? — Обращаюсь к седовласому торговцу. — Дорого дарогой. Тры рулб стакан. Тебе уступлу за два пятдэсят. — А всё ведро за сколько? — Ты чэго сейчас сказал? Сам понимаш? Я скидка на вэсь тавар дать не могу! Убыток будэт. У тэба таких дэнег нет. Ошень дорого ведро стоит. Покупаю не торгуясь. Иду по рядам и пригоршнями отправляю сладчайшую ягоду в рот. Будет что вспомнить зимой на острове. Жаль, малину туда никак не довести.

*** 

По каким признакам на «Диком западе» узнают состоятельного человека. По часам «Ролекс», по дорогому костюму и туфлям из крокодиловой кожи. Торгаши с «Алайского» безошибочно распознали во мне состоятельного клиента по ведёрку с малиной. — Сюда хади. Золота нет, раскупили, но серебра много. Пока. Выдирай дарогой. Женщинам подарки делай. Сладкими сразу станут, как шэрбэт. —  Молодой продавец бесцеремонно схватил за рукав и потащил в сторону магазинчика с интригующим названием — «Али Баба нинг хазиналарини» («Сокровища Али-бабы»). Как говорится в рекламных роликах, цены приятно удивили. Уж не знаю почему, но местное население не считало нужным хранить накопленное непосильным трудом, в серебряных изделиях. — Забирай. Для тэбя харошую скидку дэлать стану. Но не только дэнги давай! Ещё и купоны нада**. Шайтан их забери. Налоговая, проверки, то да сё. Советского союза нет, а они ест. — Откуда возьму? Я уже не местный. Не работаю здесь, значит и купонов йок. — Торговец сдвинул тюбетейку, пару минут чесал затылок, затем опять схватил за рукав. Потащил к чинаре, под которой с пиалой в руке чинно восседал бабай (старик). 

— Унга купонлар керак. Кўпчилик. Почтенный. Ему купоны нужны. Много.

— Рубель за руб. - Ответил тот.

Двойная цена — подумал я. Всё равно дешевле чем у нас. — А вслух произнёс. — Беру. Сколько есть? 

— Тэбе хватит — огрызнулся бабай, нехотя опуская пиалу на видавший виды коврик.

*** 

Выйдя из магазинчика стал рассовывать по карманам покупки. Оглянулся, мало ли. Серебро не золото, но всё же. Грабителей поблизости не наблюдалось. Лишь продавец, выбежавший следом, поспешил к раскидистому дереву и вернул бабаю «портянку купонов». Здесь у каждого должен быть свой маленький гешефт.

*** 

— Дядь Саш, а как ты это добро через границу повезёшь? Из Узбекистана вывоз драгметаллов разрешён только в пределах естественной потребности. А у тебя этого добра добрый килограмм. - Соседская девушка, с редким для здешних мест именем — Олеся, ткнула пальчиком в официальный раздел республиканской газеты.

Затылок чесать пришлось уже мне. Как быть? Ведь новоиспечённые пограничники, в купе с таможенниками конфискуют всё, да ещё штраф припаяют. С них станется.

— Да не кисни.- Олеся кокетливо улыбнулась и примерила серёжки с затейливым орнаментом. — Билеты в Россию ещё не брал.

Я отрицательно покачал головой.

— Вот и чудненько. Значит поедем вместе. Ты до Москвы, я до Оренбурга. - Девушка с гордостью продемонстрировала студенческий билет. Пока кое-кто на острове мается, другие перешли уже на второй курс.

— Да я тебе билет в СВ оплачу. Только вдвоём поедем. Всё равно деньги девать некуда. В буквальном смысле этого слова.

— Оно и видно. Билеты добывать буду я. В купе. Обычное. Нечего выпендриваться. Таможенники знаешь как СВшников шерстят. Не приведи Аллах. Свидетелей нет, а бабки у таких пассажиров завсегда имеются.

***

Войдя в купе я попутчицу не узнал. На ней серебра было не меньше чем на ёлке блестящей мишуры. Открыл рот, чтобы высказать то ли комплимент, то ли восхищение.

— И не смотри так. Всё в пределах естественных надобностей. Снимать их с меня можно только по письменному указанию транспортной прокуратуры. А таковая бумага у наших доблестных органов скорее всего отсутствует. Багаж «обшманать» это запросто, а вот личный досмотр — дело хлопотное. - Девушка хотела продолжить монолог, но в купе вошли пограничник и таможенник.

— В Россию?- Буркнул один, в новой с иголочки униформе с непонятными знаками различия. - Гузаллик (красавица) а зачем всё это нацепила? Не тяжело?

— Замуж хочу- с вызовом ответила Олеся. - Молодой человек сначала на украшения станет пялиться, а потом дело и до личика дойдёт. То да сё. Слово за слово.

— Пишите опись вывозимого — перебил её таможенник.

— Без неё снимем с поезда. Обоих!- Добавил пограничник.

Меж тем наша шестёрка, то есть поезд Ташкент — Москва, дав обязательный гудок, стал набирать скорость. Олеся нарочито медленно, вытащила из сумочки шариковую ручку. Посмотрела бланк на свет. Начала писать. Зачеркнула и попросила новый.

— қиз шошилинг? (Девушка побыстрее можно?)

— Уважаемый, я вас не понимаю. Мы в международном поезде, говорите по-русски или хотя бы по-английски.

Служивые разом набрали полные лёгкие воздуха, чтобы как следует отчитать нахалку, но состав начал тормозить и через минуту остановился. 

В купе появился низкорослый мужчина. 

— Алтынбек Тандыбеков — представился он и улыбнулся — Государственная граница. Шимкентская область. Республики Казахстан. Коллеги покиньте поезд. Дальше действовать буду я. Девушка, а зачем вы всё это? А понимаю! Поскорее замуж ... Дело нужное. У нас все қыздар (Казахский) так поступают.

Станции Оренбург

Я с Олесей прощался. Чмокнув в щёку, вложил в её ладошку пакет с оставшимися мелкими купюрами. 

— Пирожков купишь или мороженного.

— Дадь Саш, так мне до Орска ещё добираться. Я побежала в кассу. Свидимся. Земля же круглая.

*** 

Прежде чем войти в вагон кинул взгляд на здание вокзала. На нём развевался на ветру красочный транспарант. «Граждане пассажиры билеты на советские купюры достоинством один, три, пять и десять рублей не отпускаются. Не задерживайте очередь. Заблаговременно готовьте к оплате новые российские деньги!»

Uzbek-1992-Consumer's_Card-100-1_issue.JPG

* — В июле 1993 года Россия вышла из рублёвой зоны СНГ. 26 июля 1993 года советский рубль, как платёжное средство прекратил своё существование. (Википедия)

** — Карточки с купонами— отрезные купоны, отпечатанные на одном листе, использовались в Узбекистане в период с января 1992 года и до введения в действие национальной валюты в ноябре 1993 года (до даты окончательной отмены, непродолжительное время применялись для сохранения и защиты внутреннего потребительского рынка и создания условий для реализации товаров только гражданам республики. 

Использовались при реализации продуктов питания и непродовольственных товаров по купонам, как приложение к советскому и российскому рублю, в соотношении 1:1. 

Введены в обращение постановлением Кабинета Министров. Строго регламентировался порядок выдачи купонов и перечень потребительских товаров, подлежащий реализации по купонам. Выдавались они по месту основной работы, учёбы, службы, получения пенсий переводов отделениями связи и банков. 

(Википедия)


Комментарии
comments powered by HyperComments


Реклама
Письма читателей
Реклама
Пожилым и одиноким: с уверенностью в будущее! Книги с дисконтом
Календарь событий
02
Декабря
Ничего не найдено
Fatal error: Uncaught exception 'RedisException' with message 'MISCONF Redis is configured to save RDB snapshots, but it is currently not able to persist on disk. Commands that may modify the data set are disabled, because this instance is configured to report errors during writes if RDB snapshotting fails (stop-writes-on-bgsave-error option). Please check the Redis logs for details about the RDB error.' in [no active file]:0 Stack trace: #0 {main} thrown in [no active file] on line 0